Записки психотерапевта

Бедная, бедная  Маша.

Как-то в загруженный субботний день пришли ко мне на консультацию взволнованные родители со взрослой дочкой Машей. С ней же пришёл и её молодой муж. С первого взгляда выглядела 28-летняя девушка неважно. Отрешённый взгляд, в котором читалось беспокойство и страх, девушка была вся напряжённая и замкнутая в себе. В кабинет вошли они вместе с матерью. С первых моих вопросов, на удивление, девушка ожила и монотонно, почти без эмоций, начала рассказывать свою удручающую историю. До прошлой осени Маша жила счастливой и беззаботной жизнью. Она была уже полтора года замужем за хорошим, любимым парнем, который, к тому же, был на три года младше её. У неё было два высших образования, престижная и высокооплачиваемая работа в серьёзной фирме, отдельный коттедж и крутой трёхсотый «Лексус». Её жизнь на тот момент была воплощением современной русской мечты. Девушка была тогда вполне счастлива. Единственное, что в семье детей ещё не было. Но года через два и дети планировались. Всё было прекрасно и замечательно..                                                                                                                       

НИМФОМАНКА 16:11, 5 апреля 2011 г.

Как-то в один из жарких летних деньков сижу я у себя в офисе и скучаю. День выдался тягомотный, не вовремя сломался кондиционер, и в эту тридцатиградусную жару мне удалось за день принять всего лишь двух пациентов. Дежурство моё сегодня заканчивалось, и ближе к концу ко мне в кабинет влетела привлекательная молодая девушка. Она была одета эротично и броско — в очень короткие шорты и топик-маечку. Тело у неё было загорелым и излучало здоровье и соблазн. Её топик напомнил мне свободный бюстгальтер где-нибудь в Таиланде на белом пляжном песке в лучах яркого тропического солнца и моря. Девушка эта сразу же присела и свободно развалилась в кресле. После чего тут же мне заявила: «Мне чего-то хочется». Я ответил, что, очевидно, это так и есть, в противном случае вы бы не пришли в мой кабинет. Она на это как-то кокетливо возразила, что вряд ли кто-то хочет психотерапии по доброй воле, если он не дурак, конечно. На что я ответил, что для хорошего результата пациентка сама должна хотеть его получить. Немного подумав над этим, она согласилась со мной. И решила, что хочет кое от чего у меня излечиться. И она сразу же рассказала мне о своей основной проблеме. Молча слушая её скороговорку, я параллельно обдумывал, чем же смогу ей помочь. И на этом фоне она спонтанно заявила, что, когда я узнаю подробности о её сегодняшних жизненных трудностях, то сразу же выгоню её из кабинета. Я не отреагировал на это.